Микрогенерация как шаг на пути к энергетической безопасности

Микрогенерация как шаг на пути к энергетической безопасности

Екатерина Волошина,
главный юрисконсульт Департамента правового сопровождения операционной деятельности ПАО «Газпром нефть», Адрес электронной почты защищен от спам-ботов. Для просмотра адреса в вашем браузере должен быть включен Javascript.

В статье анализируются положения законодательства об объектах микрогенерации на предмет их соответствия вызовам энергетической безопасности. Рассматривается значимость развития микрогенерации для обеспечения безопасности государства, а также возможность создания территорий с экспериментальным правовым режимом в целях развития нормативно-правовой базы в сфере альтернативной энергетики.  

Мировая обеспокоенность снижением качества минерально-сырьевой базы топливно-энергетического комплекса (истощение действующих месторождений, уменьшение размеров и снижение качества открываемых месторождений), влиянием ископаемого топлива на окружающую среду и изменение климата, а также устойчивые инвестиции в проекты, связанные с использованием возобновляемых источников энергии, позволяют говорить о том, что в ближайшем будущем ключевые позиции в энергетической системе займет возобновляемая энергия.

Согласно статье 3 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике»1 (далее – Закон об электроэнергетике) возобновляемыми источниками энергии являются энергия солнца, энергия ветра, энергия вод (в том числе энергия сточных вод), за исключением случаев использования такой энергии на гидроаккумулирующих электроэнергетических станциях, энергия приливов, энергия волн водных объектов, в том числе водоемов, рек, морей, океанов, геотермальная энергия с использованием природных подземных теплоносителей, низкопотенциальная тепловая энергия земли, воздуха, воды с использованием специальных теплоносителей, биомасса, включающая в себя специально выращенные для получения энергии растения, в том числе деревья, а также отходы производства и потребления, за исключением отходов, полученных в процессе использования углеводородного сырья и топлива, биогаз, газ, выделяемый отходами производства и потребления на свалках таких отходов, газ, образующийся на угольных разработках.

О возобновляемых источниках энергии известно давно. Так, в СССР внимание к ним привлекла разработанная в 1925 году Н.Е. Жуковским теория ветродвигателя. Был организован отдел ветряных двигателей в центральном аэрогидродинамическом институте, на территории СССР началось строительство ветроустановок. В 1931 году под Балаклавой была построена самая большая в мире на тот момент ветроэлектростанция. Однако в 60-х годах серийное производство ветроустановок было прекращено в связи с появлением тепловых, газовых и атомных электростанций.

Если в СССР основное внимание было приковано к ветроустановкам, то на сегодняшний день среди объектов, использующих возобновляемые источники энергии, Правительство РФ выделяет генерирующие объекты, функционирующие на основе:

  • фотоэлектрического преобразования энергии солнца;
  • энергии ветра;
  • энергии потоков воды (в том числе энергии сточных вод), за исключением случаев использования такой энергии на гидроаккумулирующих электростанциях;
  • энергии приливов;
  • энергии волн водных объектов, в том числе водоемов, рек, морей и океанов;
  • геотермальной энергии с использованием природных подземных теплоносителей;
  • низкопотенциальной тепловой энергии земли, воздуха и воды с использованием специальных теплоносителей;
  • биомассы, включая специально выращенные для получения энергии растения, в том числе деревья;
  • биогаза;
  • газа, выделяемого отходами производства и потребления на свалках таких отходов;
  • газа, образующегося на угольных разработках;
  • отходов производства и потребления, за исключением отходов, полученных в процессе использования углеводородного сырья и топлива2.

В XXI веке возврат к возобновляемым источникам энергии, развитие и распространение прорывных технологий в сфере энергетики, в том числе технологий использования возобновляемых источников энергии, является вопросом национальной безопасности Российской Федерации3, угрозами которой, в частности, являются отставание в разработке, внедрении перспективных технологий и сохранение экспортно-сырьевой модели развития4.

По мнению Н.Г. Жаворонковой и Ю.Г. Шпаковского5, топливно-энергетический комплекс (далее – ТЭК) должен стать локомотивом развития экономики страны путем перехода от ресурсно-сырьевого к ресурсно-инновационному развитию ТЭК. При этом новая роль ТЭК в экономике страны будет состоять в переходе от «локомотива развития» к «стимулирующей инфраструктуре», обеспечивающей создание условий для развития российской экономики, включая ее диверсификацию, рост технологического уровня, минимизацию инфраструктурных ограничений.

Доктрина энергетической безопасности Российской Федерации6, Энергетическая стратегия Российской Федерации на период до 2035 года7 развивают и конкретизируют обозначенные выше угрозы, а также связанные с ними вызовы и риски.

В частности, Доктрина энергетической безопасности Российской Федерации8 (далее – Доктрина) признает:

  • недостаточность темпов реагирования российских организаций топливно-энергетического комплекса на тенденции в мировой энергетике, в том числе в части, касающейся освоения новых технологий (подп. «а» п. 14 Доктрины);
  • наличие необоснованной монополизации в отраслях топливно-энергетического комплекса и неравных условия конкуренции в конкурентных видах деятельности в сфере энергетики (подп. «е» п. 17 Доктрины);
  • недостаточность развития нормативно-правовой базы, сдерживающая внедрение инновационных технологий, в том числе технологий использования возобновляемых источников энергии, распределенной генерации электрической энергии и цифровых технологий в сфере энергетики (подп. «б» п. 20 Доктрины).

Наличие необоснованной монополизации, недостаточное развитие нормативно-правовой базы и низкие темпы освоения новых технологий в полной мере проявились при попытках урегулировать отношения, связанные с реализацией энергии, произведенной объектом микрогенерации.

В конце 2019 года статья 3 Закона об электроэнергетике9 была дополнена определением объекта микрогенерации: «объект микрогенерации - объект по производству электрической энергии, принадлежащий на праве собственности или ином законном основании потребителю электрической энергии, энергопринимающие устройства которого технологически присоединены к объектам электросетевого хозяйства с уровнем напряжения до 1000 вольт, функционирующий в том числе на основе использования возобновляемых источников энергии и используемый указанным потребителем для производства электрической энергии в целях удовлетворения собственных бытовых и (или) производственных нужд, а также в целях продажи в порядке, установленном основными положениями функционирования розничных рынков, в случае, если объем выдачи электрической энергии таким объектом по производству электрической энергии в электрическую сеть не превышает величину максимальной присоединенной мощности энергопринимающих устройств указанного потребителя и составляет не более 15 киловатт и если для выдачи электрической энергии такого объекта в электрическую сеть не используется электрическое оборудование, предназначенное для обслуживания более одного помещения в здании, в том числе входящее в состав общего имущества многоквартирного дома».

В пункте 2.1 статьи 37 Закона об электроэнергетике10 законодатель предусмотрел возможность реализации излишков электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, на розничных рынках, указав при этом следующее:

  • реализация электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации и не потребленной их собственниками и иными законными владельцами в целях удовлетворения собственных бытовых и (или) производственных нужд, осуществляется на розничных рынках в порядке, установленном основными положениями функционирования розничных рынков;
  • реализация физическими лицами электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, не является предпринимательской деятельностью (с 01.01.2021 в силу вступает пункт 28.1 статьи 217 Налогового кодекса Российской Федерации11, согласно которому доходы физических лиц, полученные в период до 1 января 2029 года от продажи электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, принадлежащих налогоплательщику на праве собственности или ином законном основании, не облагаются налогом на доходы физических лиц);
  • заключение договора купли-продажи электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, расположенных в зоне деятельности гарантирующего поставщика, с обратившимися к гарантирующему поставщику собственником или иным законным владельцем объектов микрогенерации является обязательным для гарантирующего поставщика;
  • гарантирующий поставщик, функционирующий в ценовых и неценовых зонах оптового рынка, приобретает на розничных рынках у собственников и иных законных владельцев объектов микрогенерации электрическую энергию, произведенную на объектах микрогенерации, по ценам, не превышающим цен на приобретаемые на оптовом рынке гарантирующими поставщиками электрическую энергию и мощность.

Что касается установленного пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 27.12.2019 № 459-ФЗ12 срока, на который доходы, полученные в период до 1 января 2029 года от продажи электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, освобождаются от налога на доходы физических лиц, то данный подход представляется верным шагом в направлении развития альтернативной энергетики, равно как и возложение на гарантирующего поставщика обязанности заключить договор купли-продажи электрической энергии, произведенной на объектах микрогенерации, с обратившимся к нему владельцем такого объекта.

Следует пояснить, что в настоящей статье рассматриваются объекты микрогенерации, функционирующие на основе возобновляемых источников энергии. Представляется, что использование в качестве объекта микрогенерации привычных нам дизель-генераторов будет скорее исключением, чем правилом. Дело в том, что функционирование объектов, работающих на основе возобновляемых источников энергии, не требует расхода топлива и может осуществляться без каких-либо затрат со стороны владельца объекта микрогенерации в течение всего срока активной фазы источника энергии (ветра, солнечного света и пр.), образуя излишки энергии, которые целесообразно продавать. Работа же дизель-генераторов в режиме холостого хода (для образования излишков энергии в целях их продажи) представляется невыгодной, поскольку требует постоянного подвоза и расхода топлива. Именно поэтому объект микрогенерации всё чаще ассоциируется с использованием возобновляемых источников энергии.

Ограничение величины максимальной присоединенной мощности энергопринимающих устройств в 15 киловатт соответствует сложившейся в Российской Федерации практике выделения мощности на один объект индивидуального жилищного строительства. Именно столько, по наблюдениям сетевых организаций, достаточно для удовлетворения нужд потребителя, проживающего в собственном доме.

Учитывая нестабильный характер возобновляемых источников энергии (например, количество вырабатываемой солнечной энергии зависит от времени года, суток, погоды, а ветряной энергии – от силы ветра), а также ограничение максимальной присоединенной мощности в 15 киловатт, о каких-либо существенных излишках говорить не приходится.

В таких условиях владелец объекта микрогенерации не представляет угрозы финансовому положению сбытовых и сетевых компаний, а также надежности энергоснабжения. Между тем, законодатель сохранил за гарантирующим поставщиком возможность диктовать свои условия: максимальная цена, по которой гарантирующий поставщик может приобрести электрическую энергию, произведенную на объектах микрогенерации, ограничена уровнем оптовых цен. Таким образом гарантирующий поставщик не лишен возможности навязать владельцу объекта микрогенерации цену, которая существенно ниже оптовой (например, приобрести излишки энергии за 1 копейку).

Пункт 2.1 статьи 37 Закона об электроэнергетике13 не содержит прямого запрета на продажу излишков энергии энергосбытовой организации, не наделенной статусом гарантирующего поставщика, указывая лишь на то, что реализация на розничном рынке осуществляется в порядке, установленном основными положениями функционирования розничных рынков.

В соответствии с пунктами 62, 64 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии14 производители электрической энергии (мощности) вправе продавать произведенную ими энергию (мощность) на основании заключенных с потребителями и (или) энергосбытовыми (энергоснабжающими) организациями, а также с гарантирующими поставщиками и (или) сетевыми организациями договоров купли-продажи (поставки).

При этом в отличие от порядка заключения договора между потребителем и гарантирующим поставщиком, когда потребитель связан формой договора, предложенной последним, и может направить протокол разногласий (предложить свои формулировки) в строго определенных случаях и пределах (п. 33 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии15), порядок заключения договора с энергосбытовыми организациями допускает больше возможностей для проявления воли сторон. Единственное требование к заключаемому между производителем и энергосбытовой организацией договору сводится к включению в такой договор обязательных условий, предусмотренных пунктом 64 Основных положений функционирования розничных рынков электрической энергии16. В остальном стороны свободны в определении условий договора и могут предусмотреть различные конструкции взаиморасчетов, в том числе применение зачета (например, если помимо договора на продажу излишков, между сторонами заключен договор на покупку энергии (мощности) владельцем объекта микрогенерации). Таким образом, в случае злоупотребления гарантирующим поставщиком доминирующим положением, владелец объекта микрогенерации может обраться с предложением о заключении договора к иной энергосбытовой организации, а при её отсутствии либо отказе принять решение о переходе на полную автономию, что будет означать потерю потребителя не только для гарантирующего поставщика, но и для всего розничного рынка.

Представляется, что одним из способов удержать на рынке потребителя, владеющего объектом микрогенерации, может стать предоставление энергосбытовым организациям (в т.ч. гарантирующему поставщику) большей гибкости в определении ценовых условий для населения и приравненных к нему категорий потребителей, а именно, позволить энергосбытовым организациям (в т.ч. гарантирующим поставщикам) определять цену за электрическую энергию ниже той, что установлена регулятором, а также использовать механизм скидок. Также следует обратить внимание на иные способы стимулирования развития альтернативной энергетики.

Так, например, согласно исследованию Л. И. Брославского экономическими средствами стимулирования развития возобновляемых источников энергии в США являются: инвестиционный налоговый кредит (investment tax credit — ITC), ценовая скидка за установку ВИЭ (cash rebates), сертификаты использования солнечной энергии (solar renewable energy certificates — SRECs), yскоренная амортизация (accelerated depreciation), cубсидированные ссуды (subsidized loans), освобождение от налога (tax exemptions)17.

Говоря о стоящих перед Российской Федерации вызовах в сфере энергетической безопасности, представляется целесообразным оценить существующую модель взаимоотношений на предмет её оптимальности для зарождающегося рынка альтернативной энергетики, опробовать иные схемы построения отношений, в том числе путем выделения территорий с экспериментальным правовым режимом в сфере использования возобновляемых источников энергии (так называемые «регуляторные песочницы»), где свою деятельность будут осуществлять как объекты микрогенерации, так и функционирующие на основе использования возобновляемых источников энергии квалифицированные генерирующие объекты.

В частности, экономически обоснованной может оказаться модель, в которой отсутствует посредник в виде гарантирующего поставщика или энергосбытовой организации, заключение и исполнение договоров купли-продажи энергии осуществляется с использованием цифровых технологий (в т.ч. блок-чейн и смарт-контракт), а оператором процесса является сетевая организация. В указанной схеме рынок «зеленой энергии» может быть ограничен территорией поселения, а традиционной энергетике будет отведена «резервная» роль.

Проведение указанного выше эксперимента, проверка инновационных и смелых идей позволят найти оптимальную схему организации рынка альтернативной энергетики и сформировать качественную нормативно-правовую базу, ускорят разработку и внедрение новых технологий, будут способствовать развитию конкуренции.

Л.И. Брославский в своей работе отметил: «Энергетическая стратегия Российской Федерации определяет широкое использование ВИЭ как одно из важнейших направлений развития энергетического комплекса страны. Россия располагает для этого огромными природными ресурсами, которые, по общему мнению, используются недостаточно. В целях реализации Энергетической стратегии необходимы ревизия всего энергетического законодательства, его обновление, систематизация и кодификация».

Также следует отметить, что формирование качественной нормативно-правовой базы в отсутствие желания что-либо изменить, в том числе желания ведущих игроков рынка энергетики, практически невозможно. Чем быстрее сбытовые и сетевые организации признают неизбежность грядущих изменений и необходимость содействия законодателю в определении новых правил игры, тем менее безболезненным окажется переход к альтернативной энергетике.


СНОСКИ

1. Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» / «Собрание законодательства РФ», 2003, № 13, ст. 1177.

2. Постановление Правительства РФ от 03.06.2008 № 426 «О квалификации генерирующего объекта, функционирующего на основе использования возобновляемых источников энергии» / «Собрание законодательства РФ», 09.06.2008, № 23, ст. 2716.

3. См. пункт 18 Доктрины энергетической безопасности Российской Федерации», утв. Указом Президента РФ от 13.05.2019 № 216 / «Собрание законодательства РФ 20.05.2019, № 20, ст. 2421.

4. Указ Президента РФ от 31.12.2015 № 683 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации», пункт 56 / «Собрание законодательства РФ», 04.01.2016, № 1 (часть II), ст. 212.

5. Жаворонкова Н. Г., Шпаковский Ю. Г. Энергетическая стратегия — 2035: правовые проблемы инновационного развития и экологической безопасности / Вестник университета О.Е. Кутафина (МГЮА) / Москва, 2020 г., № 3 (67), С.38.

6. Указ Президента РФ от 13.05.2019 № 216 «Об утверждении Доктрины энергетической безопасности Российской Федерации» / «Собрание законодательства РФ», 20.05.2019, № 20, ст. 2421.

7. Распоряжение Правительства РФ от 09.06.2020 № 1523-р «Об утверждении Энергетической стратегии Российской Федерации на период до 2035 года» / «Собрание законодательства РФ», 15.06.2020, № 24, ст. 3847.

8. Указ Президента РФ от 13.05.2019 № 216 «Об утверждении Доктрины энергетической безопасности Российской Федерации» / «Собрание законодательства РФ», 20.05.2019, № 20, ст. 2421.

9. Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» / «Собрание законодательства РФ», 2003, № 13, ст. 1177.

10. Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» / «Собрание законодательства РФ», 2003, № 13, ст. 1177.

11. См. Федеральный закон от 27.12.2019 № 459-ФЗ «О внесении изменений в статью 217 части второй Налогового кодекса Российской Федерации» / «Собрание законодательства РФ», 30.12.2019, № 52 (часть I), ст. 7777.

12. Федеральный закон от 27.12.2019 № 459-ФЗ «О внесении изменений в статью 217 части второй Налогового кодекса Российской Федерации» / «Собрание законодательства РФ», 30.12.2019, № 52 (часть I), ст. 7777.

13. Федеральный закон от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» / «Собрание законодательства РФ», 2003, № 13, ст. 1177.

14. Постановление Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» / «Собрание законодательства РФ», 04.06.2012, N 23, ст. 3008.

15. Постановление Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» / «Собрание законодательства РФ», 04.06.2012, N 23, ст. 3008.

16. Постановление Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 «О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии» / «Собрание законодательства РФ», 04.06.2012, N 23, ст. 3008.

17. Брославский Л. И. Энергетическое право США: возобновляемые источники энергии / Вестник университета О.Е. Кутафина (МГЮА) / Москва, 2020 г., № 3 (67), 128.


БИБЛИОГРАФИЯ

1. Жаворонкова Н. Г., Шпаковский Ю. Г. Энергетическая стратегия — 2035: правовые проблемы инновационного развития и экологической безопасности / Вестник университета О.Е. Кутафина (МГЮА) / Москва, 2020 г., № 3 (67), С.38.

2. Брославский Л. И. Энергетическое право США: возобновляемые источники энергии / Вестник университета О.Е. Кутафина (МГЮА) / Москва, 2020 г., № 3 (67), 128.

3. Брославский Л. И. Энергетическое право США: возобновляемые источники энергии / Вестник университета О.Е. Кутафина (МГЮА) / Москва, 2020 г., № 3 (67), С.134.

 

No Internet Connection