П.Петров. О проблеме владения генерирующими и энергосбытовыми компаниями электросетевым оборудованием

Генерирующие и энергосбытовые компании нередко сталкиваются в своей хозяйственной деятельности с проблемой оценки юридической допустимости приобретения объектов электросетевого хозяйства.

Данная проблема обусловлена закрепленным в статье 6 Федерального закона от 26.03.2003 № 36-ФЗ (далее по тексту – Закон № 36-ФЗ) запретом на совмещение в границах одной ценовой зоны оптового рынка (юридическими лицам, индивидуальными предпринимателям, а также аффилированными лицами) деятельности по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и (или) купле-продаже электрической энергии.

В целях обеспечения реализации указанного требования юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям, а также аффилированным лицам в границах одной ценовой зоны оптового рынка запрещается иметь одновременно на праве собственности или ином предусмотренном федеральными законами основании имущество, непосредственно используемое при осуществлении деятельности по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике, и имущество, непосредственно используемое при осуществлении деятельности по производству и (или) купле-продаже электрической энергии.

При этом, затруднительность однозначной юридической оценки приобретения объектов электросетевого хозяйства генерирующими и энергосбытовыми компаниями обусловлена несформированностью на сегодняшний день практики применения вышеприведенных норм, что обусловливает актуальность их дополнительного анализа.

Так, из логики нормы рассматриваемой статьи 6 Закона № 36-ФЗ вытекает два запрета:

а) основной запрет – запрет на совмещение субъектом электроэнергетики двух видов деятельности: естественно-монопольной (передача и оперативно-диспетчерское управление электроэнергией) и конкурентной (производство и купля-продажа электроэнергии).

Очевидно, что целями установления данного ограничения являются:

  • недопущение злоупотребления организациями-монополистами своим положением на соответствующем товарном рынке;
  • соблюдение интересов потребителей электроэнергии.

Изложенное может быть подтверждено, например, постановлением ФАС Дальневосточного округа от 05.12.2008 № Ф03-5296/2008 по делу № А51-3896/200829-114.

б) факультативный запрет (в обеспечение основного) – запрет на владение на праве собственности или ином законном основании имуществом, используемым при осуществлении деятельности по производству и (или) купле-продаже электрической энергии, и имуществом, используемым при осуществлении деятельности по передаче электрической энергии и (или) оперативно-диспетчерскому управлению.

Таким образом, мы полагаем, что базовая задача установления соответствующих запретов в статье 6 Закона № 36-ФЗ состоит, в первую очередь, в недопущении совмещения конкурентных и естественно-монопольных видов деятельности, а не в абстрактном ограничении прав хозяйствующих субъектов на приобретение любого электросетевого имущества (тем более не задействованного в осуществлении деятельности по передаче электрической энергии).

Следовательно, правовая состоятельность приобретения генерирующей и (или) энергосбытовой организацией конкретного объекта электросетевого хозяйства зависит, на наш взгляд, от того, используется ли данное имущество при осуществлении деятельности по передаче электрической энергии или нет.

В связи с этим важно учитывать, что:

а) деятельность по передаче электрической энергии представляет собой комплекс организационно и технологически связанных действий, в том числе по оперативно-технологическому управлению, которые обеспечивают передачу электрической энергии через технические устройства электрических сетей в соответствии с обязательными требованиями (ст. 3 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», далее – Закон «Об электроэнергетике»);

б) в силу статьи 4 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях» услуги по передаче электрической энергии относятся к сфере деятельности субъектов естественных монополий;

в) услуги по передаче электрической энергии осуществляются на основании договора возмездного оказания услуг. Договор оказания этих услуг является публичным (ч. 2 ст. 26 Закона «Об электроэнергетике»);

г) государственному регулированию на оптовом и (или) на розничных рынках подлежат, в том числе, цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по единой национальной (общероссийской) электрической сети, а также цены (тарифы) на услуги по передаче электрической энергии по электрическим сетям, принадлежащим на праве собственности или ином законном основании территориальным сетевым организациям, а также предельные (минимальный и (или) максимальный) уровни таких цен (тарифов) (ч. 4 ст. 23.1 Закона «Об электроэнергетике»).

Из указанных выше норм следует, что деятельность по передаче электрической энергии состоит в возмездном оказании услуг по передаче электрической энергии по утвержденным тарифам.

Данный вывод вытекает и из эпизодической судебной практики.

См., например, определение ВАС РФ от 05.12.2013 № ВАС-13585/13 по делу № А03-1231/2011.

Кроме того, он подтверждается также и позицией Федеральной антимонопольной службы, которая отмечает в письме от 18.09.2008 № АГ/23565 следующее: «Деятельность по передаче электрической энергии является естественно-монопольным видом деятельности специального субъекта - сетевой организации, подлежащим государственному регулированию. Соответственно, сетевая организация оказывает услугу по передаче электрической энергии на основании заключенного договора о возмездной передаче электрической энергии и установленного органом исполнительной власти тарифа.

Таким образом, одной из характеристик указанной услуги является наличие установленного уполномоченным органом тарифа.

Собственники и иные законные владельцы объектов электросетевого хозяйства, через которые опосредованно присоединено к электрическим сетям сетевой организации энергопринимающее устройство потребителя, не вправе препятствовать перетоку через их объекты электрической энергии для такого потребителя и требовать за это оплату.».

Соответственно, факт того, что приобретаемое имущество не используется его приобретателем в рамках реализации возмездных услуг по передаче электрической энергии, будет свидетельствовать, на наш взгляд, о соблюдении приобретателем вышеприведенного нормативного запрета на совмещение конкурентных и естественно-монопольных видов деятельности.

При этом, подтверждением того, что деятельность по передаче электроэнергии не осуществляется потенциальным приобретателем электросетевого имущества (и как следствие, сетевое имущество может быть им приобретено на законных основаниях) может выступать факт отсутствия утвержденного для него тарифа на услуги по передаче электроэнергии.

С еще большей уверенностью можно, на наш взгляд, утверждать об отсутствии правовых препятствий для приобретения электросетевого имущества, когда помимо отсутствия утвержденного тарифа на услуги по передаче у приобретателя будет возможность подтвердить также и факт того, что расходы на эксплуатацию приобретаемого объекта в принципе не были ранее предусмотрены в тарифе какой-либо иной (сетевой) организации. В качестве подтверждения данного обстоятельства можно, например, использовать соответствующее разъяснение уполномоченного органа субъекта Российской Федерации в области регулирования тарифов.

В рассматриваемом контексте можно будет с уверенностью утверждать, что объект электросетевого хозяйства не задействован в реализации регулируемой деятельности по передаче электрической энергии, а лишь обеспечивает ее безвозмездный переток.

Кроме того, полагаем, что дополнительным аргументом в пользу законности приобретения электросетевого объекта может явиться еще и факт того, что приобретатель объекта не включен в перечень территориальных сетевых организаций в соответствующем регионе.

Как представляется, совокупность данных доказательств с высокой долей вероятности исключает возможность квалификации приобретения генерирующей и (или) энергосбытовой организацией объекта электросетевого хозяйства в качестве нарушения установленных статьей 6 Закона № 36-ФЗ запретов.

Данный вывод подтверждается также и следующими нормативными ориентирами.

Рассмотренной выше статьей 6 Закона № 36-ФЗ установлены меры ответственности за нарушение требований данной статьи. Так, юридические лица – хозяйствующие субъекты, не обеспечившие выполнение установленных запретов, подлежат принудительной реорганизации (в форме разделения или выделения) по решению антимонопольного органа в установленный им срок в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом контроль за выполнением хозяйствующими субъектами требований рассматриваемой статьи 6 Закона № 36-ФЗ осуществляет антимонопольный орган в порядке, установленном постановлением Правительства Российской Федерации от 27.10.2006 № 628, которым утверждены Правила осуществления контроля за соблюдением юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями запрета на совмещение деятельности по передаче электрической энергии и оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и купле-продаже электрической энергии (далее – Правила осуществления контроля).

Пунктом 10 Правил осуществления контроля закреплен следующий исчерпывающий перечень оснований, при которых антимонопольный орган вправе принять решение о принудительной реорганизации юридического лица (в форме разделения или выделения) в соответствии со статьей 6 Закона № 36-ФЗ:

а) хозяйствующий субъект не соблюдает запрет на совмещение деятельности по передаче электрической энергии и оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и купле-продаже электрической энергии;

б) в результате рассмотрения уведомления установлено несоблюдение хозяйствующим субъектом особенностей функционирования;

в) в результате проверки деятельности хозяйствующего субъекта, проведенной в соответствии с законодательством Российской Федерации, установлено, что он перестал соблюдать особенности функционирования.

Исходя из данного перечня оснований принятия решения о принудительной реорганизации очевидно, что для совершения такой реорганизации антимонопольному органу необходимо установить и доказать именно факт совмещения деятельности по передаче электрической энергии и оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике с деятельностью по производству и купле-продаже электрической энергии (в вышеприведенном перечне отсутствует такое основание реорганизации, как получение организацией, осуществляющей производство и (или) куплю-продажу электрической энергии, во владение электросетевого имущества).

Следовательно, очевидной целью законодателя при установлении соответствующих запретов в статье 6 Закона № 36-ФЗ являлось именно недопущение совмещения конкурентных и естественно-монопольных видов деятельности.

Таким образом, полагаем, что сам по себе факт получения во владение генерирующей и (или) энергосбытовой организацией электросетевого имущества, не задействованного в оказании услуг по передаче, не может свидетельствовать о несоблюдении запретов, установленных статьей 6 Закона № 36-ФЗ.

Между тем, несмотря на вышеизложенное, следует также констатировать и отсутствие на сегодня устоявшейся судебной практики, подтверждающей сформулированные в настоящей статье выводы. При таких обстоятельствах нельзя исключить и альтернативный подход правоприменительных органов к оценке юридической состоятельности сделки по приобретению объекта электросетевого хозяйства.

 

См. также наш материал "Нарушение запрета на совмещение видов деятельности в электроэнергетике"


Сonsultant.zhane — первый в России специализированный сервис правовой онлайн-поддержки в энергетике.

No Internet Connection